Схема Геккеля, по существу, ничем не отличалась от средневековых географических карт, на которых нигде не бывавшие и ничего не видавшие схоласты с уверенностью помещали «Острова блаженных», «Страну одноногов», Гога и Магога, собакоголовых людей, четырехглазых эфиопов и прочую дребедень. Но так как других карт не было, то путешественники и мореплаватели вынуждены были пользоваться этими, в результате чего одни гибли, а другие случайно открывали Америку, будучи в полной убежденности, что перед ними Индия. Точно такую же роль сыграли в истории палеоантропологии убогие схемки дарвинистов.
Вдохновленный проблемой «недостающего звена», Дюбуа решил найти его во что бы то ни стало. Но где его искать? Эволюция человека из обезьян проходила скорее всего в тропиках, рассуждал Дюбуа, ведь именно там и сегодня ещё живут человекообразные обезьяны!
Вооружившись этой, прямо скажем, небесспорной идеей, Дюбуа в 1884 году приступил к поискам на Зондских островах (Индонезия). Семь лет бесплодных работ наконец увенчались успехом: в 1891 году близ селения Триниль (о. Ява) Дюбуа удалось обнаружить правый верхний коренной зуб и часть мозговой коробки существа, которое он сначала принял за человекообразную обезьяну. Год спустя в руки Дюбуа попала левая берцовая кость. Будучи опытным анатомом, он с первого взгляда понял, что перед ним останки ископаемого человека — именно человека, а не обезьяны!
И тут ему в голову пришла мысль: а что если соотнести эту находку с предыдущей? После внимательного изучения останков сомнений уже не оставалось: они принадлежали существу одного вида, причем этот вид не мог быть ничем иным, как очень архаичным и примитивным, но все же человеком! Да, черепная крышка еще очень поката, надглазничный валик сильно развит, но зуб определенно человеческий, а берцовая кость ясно указывает на выпрямленную двуногую походку ее обладателя.